(лат. discursum) — важнейшая составляющая речевого события, процесс речевого поведения, речевой и невербальный обмен, протекающий в речевой ситуации. Д. — многоуровневый процесс, который складывается из: 1 — вербального (словесного) поведения, 2 — акустического поведения (громкость, высота тона, интонирование, темп, паузирование, ритм), 3 — кинесического поведения (жесты, мимика, поза), 4 — пространственного поведения (проксемика, знаковое использование пространства при речевом общении). Анализ Д. как речевого поведения, т. е. как процесса, а не как фиксированного результата этого процесса (текста), составляет предмет дискурс-анализа— современной лингвистической дисциплины, обладающей особой методологией и методами, восходящими к методам этнографии и этологии (общей науки о поведении). Дискурс-анализ направлен на изучение структуры и единиц Д., минимальной из которых считается речевой акт. Речевые акты в структуре Д. объединяются в «шаги» (move), приблизительно соответствующие репликам в диалоге, шаги — в циклы (cycle, exchange), простейшим из которых можно считать вопросно-ответную диаду, циклы — во взаимодействия (interaction), приблизительно соответствующие микротеме текста, а последовательность взаимодействий уже образует целостный Д. всего речевого события. Понятие Д. в современной лингвистике занимает особое и очень важное место, и основатель классической семиологии Ч. Пирс утверждал даже, что ни одно лингвистическое явление не может найти адекватного объяснения, будучи взято вне Д.
Лит.: см. лит. к статье Анализ педагогического дискурса, а также: Brown С, Yule G. Discourse analysis. — Cambridge, 1983; Михалъская А.К. Основы риторики: Мысль и слово. — М., 1996.
А. К. Михальская
(от фр. discours — речь, рассуждение) — тип письма, текста, высказывания, предполагающий прямое обращение к слушателю, исходящее от говорящего (автора высказывания).
Термин введен швейцарским лингвистом Ф. де Соссюром (1857-1913). Согласно Соссюру, Д. — индивидуальный акт говорения и слушания; фраза принадлежит речи, а не языку или повествованию, поскольку повествование как таковое отчуждает высказывание, «события словно повествуют сами по себе». Речь, в свою очередь, — не только устное высказывание, но широчайшее текстуальное понятие. Иными словами, Д. — «это также масса текстов, воспроизводящих различную устную речь или заимствующих у нее манеру и цели: переписка, мемуары, драматургия, дидактические труды — словом, любые жанры, где кто-либо обращается к кому-либо, высказывается как говорящий и организует сказанное» (Э. Бенвенист; цит. по: Пави П. Словарь театра. М., 1991).
Понятие Д. было широко усвоено наукой о языке, вошло в структурализм и постструктурализм как одно из базовых, активно используется в литературной критике, культурологии, искусствоведении, публицистике. В интерпретациях поздних структуралистов (Р. Барт, Ж. Деррида), тем более благодаря активному и разноплановому использованию, концепт Д. обрел идеологический оттенок.
На сегодня Д. является синонимом идеологической линии, проводимой той или иной художественной, политической или социальной группой. В условиях информационного взрыва, нарастающей пестроты социокультурного поля дискурсивная определенность крайне важна, чтобы найти свой сегмент аудитории среди глобального многоголосья.
Это связано с тем, что любая публичная деятельность является текстовой. Политический плакат или телепередача, авангардный роман либо уличный перформанс, речь в парламенте или на митинге, выставка концептуального искусства, террористическая акция, правительственное постановление,артхаусный фильм, экспериментально остраненный спектакль — являют собой совокупности знаков, то есть тексты — словесные либо визуальные, явно предполагающие адресата. Потому и можно говорить о разного рода Д., каждый раз зависящих от того, кто «говорит» или «пишет». Официальный Д., к примеру, чаще всего является регулирующим, нормирующим, а то и репрессивным. Д.концептуализма, в свою очередь — ироничен, открыт для постоянных перетолкований и комментирования, а Д. артхауса — герметичный, претендующий на самодостаточность и замкнутость (но с постоянными «зацепками» для побуждения зрителя к интеллектуальной работе), или, напротив, лирический, либо провоцирующий (как, к примеру, в последних фильмах Ларса фон Триера и Такеши Китано — все зависит от режиссера), рассчитанный на немедленную эмоциональную реакцию. Д. легального политика подчинен цели (власть для себя, благосостояние для избирателя), террористический тип высказывания — Д. эффекта, максимального информационного эха. Примеры можно множить: «зеленый» экологический Д., Д. психоделической революции, феминизма, сексуальных и национальных меньшинств.
Дискурсивное многоголосье — это как раз та определенность, политическая и культурная, которая позволяет игнорировать шаткие конструкты «конца истории», «ситуации постмодернизма» и тому подобные позывы к всеобщей дряблости. Голос, проговаривающий свою речь, способен не только преодолеть любые барьеры, но и оставить позади самое смерть. Ведь небытие, в конце концов, — не более чем одно из многих других слов.
Д. Десятерик
СМ.: Группа, Деконструкция, Другая Проза, Концептуализм, Постмодернизм, Провокация, Секта.
(нем. Diskurs, франц. discours, англ. discourse)
1) Первоначальное значение – разумное размышление
2) Затем термин стал применяться в значении диалог.
3) Дискурс – это связная речь в устной и письменной форме.
В данном случае анализ сосредоточен на интеракциональном взаимодействии отправителя и получателя речи.
4) Конкретное коммуникативное событие, фиксируемое в письменных текстах или устной речи, осуществляемое в определенном когнитивно и типологически обусловленном пространстве.
5) Текст в неразрывной связи с ситуативным контекстом.
6) В русской стилистике дискурс – это текст, изучаемый в коммуникативно-стилистическом аспекте.
7) В германо-австрийской школе Д. – это языковое выражение (языковой коррелят) определенной общественной практики, упорядоченное и систематизированное особым образом использование языка, за которым стоит идеологически и исторически обусловленная ментальность.
8) Дискурс – интегративная совокупность текстов, связанных семантическими отношениями и объединенных в коммуникативном и функционально-целевом отношении.
9) Ю.С. Степанов указывал, что термин дискурс первоначально в своем значении в русскоязычной научной среде сближался с термином функциональный стиль.
В трудах англоязычных ученых значение термина Д. на первых порах формулировалось следующим образом:
1) связный текст;
2) устно-разговорная форма текста;
3) диалог;
4) группа высказываний, связанных между собой по смыслу;
5) речевое произведение как данность – письменная или устная.
Кибрик А.Е. трактует дискурс как процессы построения и понимания устной речи.
Э. Бенвенист считал, что:
1) Д. – это речь, присваиваемая говорящим;
2) Д. – это речь, погруженная в жизнь. Наиболее частотны формулировки, когда дискурс рассматривается как текст или как речевая деятельность. В Кратком словаре лингвистических терминов дискурс толкуется, как речевое произведение, рассматриваемое во всей полноте своего выражения. Степанов Ю.С. считает, что Д. – это язык в языке, но представленный в виде социальной данности.
В "Лингвистическом энциклопедическом словаре" дискурс трактуется:
1) как связный текст в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими, социокультурными, психологическими и др. факторами;
2) текст, взятый в событийном аспекте;
3) речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие.
А.К. Михальская в "Педагогическом речеведении" дает следующие определения:
1) Д. – поток речевого поведения, письменной фиксацией которого выступает текст;
2) Д. – важнейшая составляющая речевого события, процесс речевого поведения, речевой и невербальный обмен, протекающий в речевой ситуации. Н.Ф. Алефиренко пишет, что Д. – это сплав языковой формы, знаний и коммуникативно-прагматической ситуации. Глава Ставропольской школы дискурса Г.Н. Манаенко считает, что Д. – это не просто поток речевого общения, но речевое поведение субъекта идеологии, ограниченное рамками, конкретными обстоятельствами жизни человека.
Связный текст в совокупности с социокультурным (экстралингвистическим) контекстом (социальным, культурным, психологическим, прагматическим и др.); речь как компонент, участвующий во взаимодействии людей. Если социокультурный контекст, в котором создавался и существовал какой-л. текст, утерян, то к нему понятие Д. не приложимо, так как дискурсные значения не вычленяются. Анализ Д. относится к междисциплинарной области знания: он исследуется с точек зрения психологии, этнографии, социологии и др. Понятие Д. представляет интерес в социолингвистическом аспекте, поскольку дискурсная структура текста связана с социальными факторами. Напр., исследования политического Д. в работах французских лингвистов могут в известной степени быть причислены к социолингвистическим, так как все они содержат обращение к социальному контексту, к внеязыковой ситуации, в которой продуцировался тот или иной текст. Именно учет социальной обусловленности Д. сближает исследование этих текстов с социальной лингвистикой. Важной стороной теории Д. является разработка типовых ситуаций (фреймов) языкового общения.
♦ Рапсоды собирали свой эпический текст из готовых блоков, как В. Синявский складывал незабываемые футбольные репортажи из "обводит одного, другого, третьего", "навешивает на штрафную площадку", "надо бить!", "мяч уходит на свободный…". Я не знал, что все это такое, но слушал радио не отрываясь, и из фраз складывались картины, фантастические, но разнообразные. Когда наступил телевизор и мне показали, как выглядит футбол на поле, я не понимал решительно ничего. По Тынянову, это называется: разница между сукцессивным и симультанным восприятием. Сукцессивность, однолинейность — это и есть дискурс. Когда я приезжаю в новый город, я прежде должен прочесть строчка за строчкой все вывески, афиши и прочие малые уличные жанры и лишь потом начинаю замечать двухмерные фасады и трехмерные здания, на которых эти жанры висят. А в словосочетания "дискурс власти", "филологический дискурс", "эротический дискурс" и пр. я стал подставлять вместо "дискурс" слово "разговорщина" — и смысл оказался вполне удовлетворительный.
(discours) в семиотике — термин достаточно многосмысленный у различных авторов:.
1) О дискурсе в понимании Чарльза Сандерса Пирса см. в термине "Система Экзистенциальных Графов".
2) О дискурсе у американского лингвиста Романа Якобсона в работе "Вопросы поэтики. Постскриптум к одноименной книге" 1973г. читаем: стр. 80. Блаженный Августин полагал даже, что, тот, кто не разбирается в поэтике, вряд ли сможет стать толковым грамматиком. К грубым ошибкам приводят и другие предрассудки, также объясняющиеся недооценкой современной лингвистики и ее задач. Так литературоведы уверены, что лингвистический анализ ограничивается узкими рамками фразы и, следовательно, не дает лингвисту возможности исследовать композицию стихотворения в целом, тогда как на самом деле одна из первостепенных задач лингвистической науки состоит сегодня именно в изучении дискурса. Современных лингвистов в первую очередь интересуют семантические аспекты всех уровней языка, и если они пытаются описать "как сделано стихотворение", то значение этого стихотворения входит в исследование, как одно из составляющих целого. Таким образом, (конец стр. 80) литературоведы не правы, считая, что семантическое исследование поэтического стихотворения не входит в компетенцию лингвистики. Если стихотворение ставит вопросы, выходящие за пределы его словесной фактуры, мы — наука о языке знает тому немало примеров — попадаем в сферу действия семиотики (где, по мысли Соссюра-Якобсона, должна главенствовать лингвистика — А.А.) науки более широкой, чем лингвистика, ведь последняя — это всего-навсего одна из основных частей (вот он — чисто пирсовско-соссюровский "круговорот мысли" — А.А.) семиотики. Наконец, ни одну разновидность человеческого языка, в том числе и поэтический текст, нельзя понять, не обратившись к "миру дискурса" (выражение Ч.С.Пирса), иначе говоря, соотношению дискурса и условий его осуществления, и эта проблема не может оставить равнодушным исследователей, верных девизу: "Linguistici nihil a me alienum puto" (Ничто лингвистическое мне не чуждо. лат.). Лингвисты же испокон веков рассматривают даже такие компоненты дискурса, как слова, в соотношении с предметами (Wцrter und Sachen) — слова и вещи. Можно сказать, что поэтика — это лингвистическое исследование поэтической функции вербальных сообщений в целом и поэзии в частности. Хотя литературоведы приписывают лингвистам "считать поэтическое высказывание отклонением от нормы", на самом деле отклонение от нормы, случайное исключение на фоне тысячелетней истории науки о языке, это сама точка зрения наших литературоведов. Предмет занятий лингвиста, анализирующего поэтический текст, — "литературность", или, иначе говоря, превращение речи в поэтическое произведение и система приемов, благодаря которым это превращение совершается" (Цит. по: "Р.Якобсон "Работы по поэтике" М., Прогресс, 1987г.).
3) К замечанию Р.Якобсона, о том, что выражение "мир дискурса" принадлежит Ч.Пирсу, следует добавить цитату из самого Пирса: "В том смысле, в каком я употребляю термин Универсум (Universe), из него исключаются многие из тех так называемых "универсумов дискурса", о которых говорят Буль [An Investigation of the Laws of Thought, etc. P. 42, 167 ], Морган (DeMorgan) [Cambridge Philosophical Transactions. VIII. 380. Formal Logic, P. 37-38], и немало их последователей, но которые, будучи совершенно определяемыми, в настоящей системе смогли быть денотированы при помощи графов" (Ч.С.Пирс "Начала Прагматизма" СПб, АЛЕТЕЙЯ, 2000г., стр. 244). ПРИМЕЧАНИЕ: Джордж Буль (1815 – 1864) —англ. логик и математик, разработал исторически первую систему математической логики, впоследствии названную алгеброй логики… Морган де Август (1806 – 1871) — англ. математик, логик, положивший начало разработке логике отношений… (Филос. словарь).
4) У франц. семиолога Кристиана Метца в докладе "Высказываемое и высказанное в кино. К упадку правдоподобного" (г.Пезаро, 1967г.), читаем: "…правдоподобно то, что соответствует установленным законам жанра. В обоих случаях (общего мнения и правил жанра) правдоподобное определяется по отношению к дискурсам, при этом к дискурсам уже произнесенным" (Цит. По: Сб. "Строение фильма" М., радуга, 1984г.).
5) О дискурсе у доктора философских наук Виктора Язеповича Ивбулиса в работе Модернизм и постмодернизм: идейно-эстетические поиски на Западе читаем: стр. 30 Дискурс, насколько я понимаю, является ограниченным и одновременно очень широким аспектом текста (исторический, философский, повествовательный, а также западный, восточный и тд.)... а на стр. 34: Признаюсь, я не знаю, какова на самом деле разница между текстом и дискурсом, когда Деррида, например, говорит: История апартеида (его дискурс и его действительность, его суммирование текста) не была бы возможной, немыслимой без европейского представления и без европейской истории государства, без европейского дискурса о расе (В.Ивбулис Сер. Эстетика; №12, М., Знание, 1988г.).
6) Там же В.Я.Ивбулис обобщает взгляды французского философа и социолога, структуралиста, а затем постструктуралиста М.Фуко (1926-1984), автора книги Теория дискурса. В.Ивбулис пишет: стр. 46 В начале 1969 г. Фуко выступил с докладом перед французскими философами на тему Что такое Автор?. Высказанные в нем мысли так перекликаются с мнением Барта и Дерриды, что хочется спросить: так кто же на кого влияет?.. стр. 47 Фуко начинает с признания, что концепция Автора явилась важным этапом в индивидуализации истории идей, знаний, литературы, философии и науки. Но все это принадлежит прошлому: Тему, с которой хотелось бы начать, я заимствую из формулировки Беккета: Какая разница, кто говорит, кто-то сказал, какая разница. Я считаю, что в этом безразличии кроется один из основных эстетических принципов современной словесности… Далее В.Ивбулис продолжает: Утверждать, что Фуко вообще не рассматривает Автора как личность, было бы неверно. Он указывает на два типа сочинений в сфере дискурса: трансдискурсивные Авторы (Гомер, Аристотель и др.), которые создавали теории, (конец стр.47) закладывали традиции. И основоположники дискурсивности (Маркс, Фрейд), которых мы должны благодарить за открытие возможностей для создания других текстов: Они оба учредили бесконечную возможность дискурса. Однако постоянное обращение к Марксу и Фрейду — это не историческое продолжение дискурсивности или же просто орнамент. Наоборот, оно выполняет эффективную и необходимую задачу, преобразуя саму практику дискурса. По-моему, можно было бы редуцировать эти заумности и на то, что мы не устаем повторять: Каждое поколение по-своему воспринимает выдающуюся личность прошлого, творчески осмысливает оставленное ею наследство… стр. 49 Доклад, прочитанный Фуко, по всей вероятности, должен был шокировать его титулованных слушателей. Дело в том, что закончил его постструктуралист (а структуралисты об Авторе почти не говорят) поистине необыкновенными фразами: Можно представить себе, культуру, в которой дискурсы будут циркулировать и будут восприняты при никогда не появляющейся функции — Авторе. Все дискурсы, независимо от их статуса, формы, ценности, как бы к ним ни относились, будут протекать подобно анонимному бормотанию… Какая разница, кто говорит? Вспомним (а Фуко это прекрасно помнит), что полное лишение человека его индивидуальности было этически приемлемым в эпоху рабства и крепостничества. Вот куда уходит нить этой очень характерной постструктуралистской мысли. О том, что насмешки (насмешки? если бы! — А.А.) необыкновенно ядовиты, говорят и другие работы… Фуко — это Беккет в социологии… (В.Ивбулис.Сер. Эстетика; №12, М., Знание, 1988г.).
P.S. От себя хочется спросить, что если сочинения Фуко — "насмешки", если все сочинения постструктуралистов (хотя ирония — главный "конек" постструктурализма) только лишь "интеллектуальная" насмешка над обывателями, наподобие "текстов" нашего самопального постструктуралиста Сергея Курехина (вспомнить только его знаменитое "открытие", что "Ленин — гриб"), если загадочный ДИСКУРС это всего лишь — КОНТЕКСТ или КОНЦЕПТ (а кажется — так оно и есть), то зачем же постструктуралистскую литературу преподают на филологических факультетах университетов, а не читают с эстрадных подмостков или в психиатрических клиниках?
Дискурс
♦ Discours
Точный перевод этого слова означает «речь». Но если речь есть акт или способность, то дискурс – скорее результат того или другого. И речь, и дискурс суть актуализация языка. Но речь – это потенциальная или действенная его актуализация, тогда как дискурс – его энтелехия, как сказал бы последователь Аристотеля, иначе говоря, его творение. Дискурс – это завершенная и доведенная до совершенства речь. Вот почему мы особенно чувствительны к несовершенствам дискурса. Слова летучи. Дискурс тянет к земле.
1. Произвольный фрагмент текста, состоящий более чем из одного предложения или независимой части предложения. Часто, но не всегда концентрируется вокруг некоторого опорного концепта; создает общий контекст, описывающий действующие лица, объекты, обстоятельства, времена, поступки и т.п., определяясь не столько последовательностью предложений, сколько тем общим для создающего дискурс и его интерпретатора миром, который "строится" по ходу развертывания дискурса, — это точка зрения "этнографии речи". Исходная структура для дискурса имеет вид последовательности элементарных пропозиций, связанных между собой логическими отношениями конъюнкции, дизъюнкциями и т.п. Элементы дискурса: излагаемые события, их участники, перформативная информация и "не-события", т.е. а) обстоятельства, сопровождающие события; б) фон, поясняющий события; в) оценка участников события; г) информация, соотносящая дискурс с событиями.
2. Это речевой поток, язык в его постоянном движении, вбирающий в себя все многообразие исторической эпохи, индивидуальных и социальных особенностей как коммуниканта, так и коммуникативной ситуации, в которой происходит общение. В дискурсе отражается менталитет и культура как национальная, всеобщая, так и индивидуальная, частная.
3. Это сложное коммуникативное явление, включающее, кроме текста, еще и экстралингвистические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресанта), необходимые для понимания текста.
4. Любое высказывание, большее чем фраза, рассматриваемое с точки зрения правил связности последовательности фраз.
5. Связный текст в совокупности с экстралингвистическими факторами.
6. Текст, взятый в событийном аспекте.
7. Речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие.
8. Связный текст, сверхфразовое единство.
лат. discursus - рассуждение (в русском языке конца прошлого - начала этого века - модное слово, употребление отрицательно коррелирует с наличием какого-либо содержания):
* "Попытки компромиссного спасения и примирения столь противоречивых тенденций ведут чаще всего к "двойному упрощению" - они рождают примитивизм дискурсивной экспликации и одновременно снижение сюжетного художественного качества". - Фантастика и футурология *
* "Если процесс создания прозаического произведения - это не только воображение, основанное на поэтической фантазии, но и рациональный, проблемно-познавательный акт, то получение необходимых, чисто дискурсивных знаний - благодаря образованию или чтению - представляется обязательным условием". - Фантастика и футурология *
* "Кроме того, концепцию произведения НФ удается легко изложить дискурсивно, с ощущением того, что это именно его собственная основа; а вот эпическому роману приходится наносить ощутимый вред, переводя его в дискурсивную артикуляцию, особенно потому, что его проблематика не представляет обычно единого стержня, стоящего отдельно от действия, наоборот, она сильно укоренена в действие: излагая содержание такой вещи, приходится неустанно рвать или уклоняться от различных разветвлений". Фантастика и футурология *