«Ну что же, занудство, – говорил Прокофьев, – в последнее время мне кажется, что занудство самое что ни на есть естественное человеческое состояние».
Некоторых раздражает его занудство, но это вовсе не занудство, а обстоятельность.
В сиятельной фигуре златоволосого сородича словно бы сконцентрировались все худшие черты высшей аристократии – спесь, непередаваемое занудство, до которого Эрину еще расти и расти, высокомерие и самолюбование.
И занудство его осталось при нем, но оно было необременительным.