Никто почему-то не желал заправиться на этой станции, и хозяин АЗС, он же главный и единственный ее работник, мирно подремывал, сидя в плетеном кресле под навесом от солнца.
В некоторых местах можно было поесть, но не заправиться, в других – заправиться, но не переночевать.
С управлением я кое-как справлялся, но как теперь приткнуться к высокому берегу и под ним заправиться.
Я собирался заправиться позже, никакой спешки не было, и никакой слежки я не предполагал, а теперь у меня уже горела лампочка возле буквы «Е», эквивалентом которой была бы русская буква «П» – трактуй ее как «пусто», если хочешь, но вот сейчас актуальней была бы совсем другая трактовка, тоже на эту самую букву.