Яркого серебристо-голубого цвета, двухдверная, с плавным, каким-то акульим абрисом, с клиренсом настолько крохотным, что любая колдобинка на расейской дороге неминуемо привела бы сие чудо автомобилестроения к потере, как минимум, глушака, – она медленно поворачивалась на пьедестале, выставляя напоказ все свои изгибы и прелести, как стриптизерша на шесте.