Тщетно пыталась оправдаться уставщица и свалить всё на мать Софью, напрасно разводила руками.
«Большое спасибо скажет мне мать игуменья, что сумела я уговорить такого богатея отдать в обитель свою единственную дочку», – так думала довольная успехом своим уставщица.