ипостась, ипостаси, жен. (греч. hypostasis - сущность) (церк.). По богословской терминологии - одно из лиц христианской троицы (см. троица в 1 знач.).
В ипостаси шутл. - в качестве, в роли кого-либо
(греч. «бытие», «сущность»)
богословское понятие, первоначально воспринималось в качестве синонима категории «сущность», но затем стало подразумевать индивидуально конкретное и уникально личное бытие. Именно так ипостась понимается в богословии Пресвятой Троицы, обозначая самобытные Лица Бога, тогда как Его единая сущность стала именоваться «усия».
См. Усия.
ипост’ась (Евр.1:3) — сущность, бытийность, внутренняя природа.
Ипостась
♦ Hypostase
То, что находится под (греческое слово hypostasis эквивалентно латинскому substantia), иными словами, то, что лежит в основании или служит чему-то подставкой. Ипостась обозначает реальность, существующую в себе, но рассматриваемую, особенно после неоплатоников, в ее отношениях с другими ипостасями, из которых она проистекает или которым дает рождение. Так, у Плотина Единое (первая ипостась) порождает Ум (вторая ипостась, проистекающая из первой), который в свою очередь порождает Мировую душу (третья ипостась как эманация Ума). В христианской традиции это слово используется для обозначения трех лиц Троицы – Отца, Сына, Святого Духа, рассматриваемых как три ипостаси одного и того же бытия (ousia) – Бога. Оба эти значения, как неоплатоническое, так и христианское, в равной мере несущие заметный налет мистицизма, служат достаточным объяснением тому, что слово «ипостась» с течением времени довольно далеко отошло от понятия «субстанция». О камне можно сказать, что это субстанция (если принять, что он существует как вещь в себе), но ипостасью его никак не назовешь. В понятии ипостаси слишком заметно присутствие мистического: если это субстанция, то такая, которую мы не понимаем, которая превосходит наши возможности познания. С ней нельзя экспериментировать, если не прибегать к сверхъестественному или мистическому опыту. Отсюда уничижительный оттенок, который в новейшие времена приняло слово «ипостась», – это предполагаемая или фиктивная субстанция; целостность, которой ошибочно приписывается независимое существование в качестве реальности. Так, Платон рассматривал идеи как абсолютную реальность; то же самое делал Декарт в отношении своего cogito. Материалист возразит и тому и другому, для него идеи или душа суть не более чем фикции; это способ возведения мысли, которая является лишь актом деятельности тела, в ранг независимой или субстанциональной реальности. В этом последнем смысле ипостась есть абстракция, рассматриваемая как абсолютная реальность: вначале мы отделяем мысль от того, что ее производит (от тела или мозга), а затем превращаем в реальность, существующую в себе. Неясным остается одно: а может, материя тоже всего лишь ипостась?
♦ (ENG hypostasis)
(греч. - самосуществование, субстанция)
объективная сущность ч.-л. (Евр. 1:3). Термин теологически использовался в ранней церкви для обозначения трех лиц единого Бога, каждое из к-рых обладает индивидуальной реальностью.
(от греч. hypostasis - сущность, основание), термин древнегреческой философии, субстанция, сущность (см. Гипостазирование). Впервые введен Посидонием в 1 в. до н. э. В христианстве начиная с патристики термин "ипостась" (в значении форма проявления, способ бытия) служит для обозначения каждого из лиц триединого бога (см. Троица).
ИПОСТАСЬ, и, ж.
1. Один из ликов триединого божества Троицы (книжн.).
2. В нек-рых сочетаниях: проявление чьейн. сущности, а также (обычно ирон.) чьян. роль, качество. Странная, неожиданная и. кого-н. В своей обычной ипостаси ктон. Фашизм в любой его ипостаси.
• В испостаси кого, в знач. предлога с род. п. в качестве, в роли. Журналист в ипостаси адвоката.
— слово из области богословской терминологии. Христианство учит, что "Единый Бог троичен". При разъяснении понятия троичности отцы древней церкви выражались неодинаково. По выражению одних, троичность состоит в том, что в Боге три лица (πρόσωπον, persona); другие говорили, что в Боге три ипостаси (ύπόστασις = ύπάρξις, τρόπος ύπάρξεως); третьи понятие "лица" выражали словом ουσία, φύσίς = substantia, natura (хотя у других, и чаще, эти слова означали сущность или существо Божие, связанное с понятием единства Божия), а понятие Божеской сущности выражали словом ипостась. Это различие в употреблении слова И. отцами церкви и церковными писателями повело в IV в. к продолжительным спорам христианских богословов на Востоке, особенно в Антиохии, и произвело было разномыслие между восточной и западной церквами. Вост. богословы говорили так: в Боге при единстве существа три ипостаси, словом ипостась выражая понятие лица, с целью отвергнуть мнение еретика Савелия (см.), который учил, что в Боге одна сущность и одна ипостась, хотя один и тот же Бог принимал на себя в разное время три вида, или лица (πρόσωπον) и иногда являлся в виде Отца, иногда — Сына, иногда — в виде Духа святого, так что Отец, Сын и св. Дух суть только три имени или действования (ενέργειαι). Зап. богословы говорили, что в Боге одна ипостась, противопоставляя это понятие учению Ария, который допускал три сущности: сущность Отца — Божескую, сущность Сына — сотворенную и сущность св. Духа, также сотворенную, но отдельную от Сына. Для разрешения этих противоречий в 362 г. в Александрии был созван собор, на котором, под председательством Афанасия Великого, присутствовали епископы как Египта и Ливии, так и Италии. По выслушании обеих сторон выяснилось, что и вост., и зап. богословы, выражаясь различно, учили одинаково, так как первые употребляли И. в смысле и вместо лица, а вторые тем же словом имели в виду выразить понятие ουσία = существо. Первый образ выражения с IV в. сделался господствующим: его держались Епифаний Кипрский, Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст. Еще в V в., однако, церковные писатели употребляли иногда слово И. то в том, то в другом смысле. Начиная с VI века, согласно словоупотреблению, принятому вслед за Василием Великим и Григорием Богословом Вторым вселенским собором, слово ипостась всей церковью употребляется как синоним лица: "един Бог в трех ипостасях или лицах". Лишь в средние века некоторые еретики (богомилы, вальденсы), а также так называемые номиналисты, или модалисты, повторяли учение древних еретиков, что ипостаси в Боге суть или имена, или проявления силы (Бог-Сын, или ипостасное слово — Божий разум, Бог-Дух св. — Божия сила или Божие действование). Некоторые схоластики — Готшальк, Росцелин, Абеляр — и затем немецкие богословы-рационалисты конца ХVIII в. учили, что Божеские И. имеют одну природу, но имеют ее каждая отдельно (подобно тому, как три отдельные человеческие личности), и потому И. или лица в Боге суть три бога, а не один Бог. Подр. см. в "Догматич. богословии" Сильвестра (т. II).
Н. Б.